ГлавнаяБиографияХронологияШедеврыГалереяСтиль и техникаГостеваяМузейНовости
Франсиско де Гойя
(1746 - 1828)
Творчество Франсиско Гойи многообразно и охватывает самые разные жанры. Однако ничто так не поражает воображение зрителя, как мрачные, тревожные, навечно западающие в память «Черные картины», написанные художником на закате жизни.
Поиск

35

нии ее силам столь далеко вознесенным над отдельными людьми, что с таких высот их почти невозможно было различить и вряд ли следовало учитывать.

В серии испанского мастера мы видим Пиренейскую войну в ее общем развитии и в индивидуальных человеческих фактах, в целом (во всей экспозиции) и в укрупняемых каждым офортом деталях. Действующие лица всегда обнаруживают здесь органическое родство вступившим в борьбу массам, нациям — они выступают из этих общностей и в них возвращаются, но в то же самое время каждый отдельный человек сохраняет свою особость, каждая отдельная ситуация раскрывается в неповторимой характерности конкретного «случая». История «героев» и история «масс» не просто сближаются, не просто переходят одна на другую, но место их занимает совсем другая лстория — история парода, единого в своем многообразии и многообразного в своем единстве, противостоящего чужеземцам каждый по отдельности и все вместе, руководствуясь всякий раз личными побуждениями, выступая в неповторимых обстоятельствах, которые, однако, в конечном итоге составляют «параллелограммы» исторической судьбы.

Через двадцать лет великий итальянский революционер Джузеппе Мадзини скажет, что с крушением Наполеона «эпоху имен... сменила другая эпоха, эпоха народов» 42. Гойя первым воплотил эту идею — основополагающую для всего героико-трагического романтизма и вообще для всего передового искусства XIX столетия. Еще позже Жюль Мишле поставит себе в заслугу, что в своей «Истории Французской революции» отказался восхвалять как Людовика XVI, так и Робеспьера, ибо революция—это, по его словам, чисто народная история, низвергшая всех идолов и оставившая только одного героя — бессмертный народ43. Гойе и здесь должна быть отдана пальма первенства.

Но эта идея также была обоюдоострой. Ибо она предполагала утверждение не только исключительного права народа на всю историю, но исключительной же его ответственности за нее. История такова, какой может сотворить ее народ; она собственное дело его и, следовательно, избранная им самим (никем извне не навязанная) судьба. Что бы в ней ни совершилось — великое или низменное, доброе или злое — все имеет свои причины в народе, поддержкой которого живут «герои», а попустительством — «злодеи» и «дьяволы». Они ничего не смогли бы сделать без санкции и воли народа, а значит, ему не за что благодарить первых и не в чем винить вторых; то и другое он должен адресовать только себе самому, ни перед кем не благоговея и ни на кого не перекладывая свою ответственность. Пройдет меньше года, и ГоЙе придется задуматься и об этой оборотной стороне исторического народного дела. В «пра-Десастрес» она еще почти не просматривалась.
 
Благодарим:
Гойя Франсиско Хосе - о знаменитом испанском живописце
e-mail: info@goia.ru
ArtNow.ru
Облако интересных статей:
ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыГалерея