ГлавнаяБиографияХронологияШедеврыГалереяСтиль и техникаГостеваяМузейНовости
Франсиско де Гойя
(1746 - 1828)
Творчество Франсиско Гойи многообразно и охватывает самые разные жанры. Однако ничто так не поражает воображение зрителя, как мрачные, тревожные, навечно западающие в память «Черные картины», написанные художником на закате жизни.
Поиск

13

тил почти в пародию, сделал сам принцип парадности, поддерживаемый только самоуверенностью, показным богатством да привычкой властвовать, чем-то сугубо неестественным и даже нестерпимым, раздражающим, отталкивающим, устаревшим. Он нравственно уничтожил саму концепцию этого характернейшего порождения сословного общества. После Гойи парадный портрет стал уже невозможен в качестве полноценно утверждающего жанра живописи. Его не смогли сделать таковым ни Лоуренс, ни Жерар, ни даже поздний ЭНГР> не говоря уже о салонных художниках вроде Винтергальтера, Ленбаха или Бонна, чьи написанные, конечно с самыми серьезными намерениями, портреты «мещан во дворянстве» либо нестерпимо скучны, либо оживают лишь для того, чтобы спародировать самих себя.

Остается только удивляться тупости тех «заинтересованных лиц», которые были до такой степени загипнотизированы этим сочащимся золотом портретом, что приняли его за чистую монету.

А для Гойи это был последний портрет еще царствовавших в Испании монархов. В дальнейшем он более не писал ни Карла IV, ни Марию Луису, будто сократив по своей воле время их реального царствования на добрых семь лет. Ну а, может быть, что-то и шевельнулось в ожиревшем сознании короля или королевы, что-то заставившее их инстинктивно опасаться кисти своего первого придворного живописца.

Летом того же 1801 года был написан и последний портрет «князя мира». Он не     принадлежит к числу шедевров портретного искусства Гойи, но обстоятельства его создания весьма любопытны с исторической точки зрения.

Не долго дано было старому режиму в Испании рубежа 1799—-1800 годов тешиться иллюзиями безопасности и утопать в самодовольстве. Европа продолжала меняться, и если характер этого изменения стал враждебен былому якобинско-революционному духу, то традиционным монархиям он тоже не сулил ничего доброго. Те приняли относительные успехи второй антифранцузской коалиции за абсолютные—и просчитались.

Разбив австрийцев при Маренго летом 1800 года и принудив их искать мира, Бонапарт—Первый консул занял жесткую позицию по отношению к властителям Испании—более жесткую, чем была позиция Директории. Прежде всего он решил заставить их на деле подтвердить прежний наступательно-оборонительный союз, прямо вовлечь их в войны за французские интересы, нимало не считаясь с их собственными.

Новый посол в Мадриде Люсьен Бонапарт побуждает Испанию оказать давление на пытавшуюся сохранить нейтралитет, а в действительности мирволившую английским интересам Португалию. Испанские Бурбоны противились тому как могли—ведь это значило ущемлять интересы португальского принца-регента, женатого на инфанте Карлотте—дочери Карла IV и Марии Луисы. И все же 29 января 1801 года в Мадриде был подписан договор, по которому Испания обязалась в четырнадцатидневный срок заставить Португалию заключить союзный договор с Францией и открыть свои гавани для испано-французской эскадры. Португалия отклонила ультиматум. 27 февраля испанская армия под командой Годоя и при поддержке пятнадцатитысячного французского корпуса начала военные действия.

Противник был почти безоружен, но испанцы лишь делали вид, что воюют, и при первом же удобном случае поспешили заключить мир, не слишком ущемлявший интересы Португалии. Бутафорская («апельсинная», как ее насмешливо называли) война как будто кончилась, когда в дело вмешался Наполеон, не признавший подписанного Годоем Бадахосского договора. «Князь мира» попробовал отвечать в гордом тоне, но Первый консул заявил испанскому послу в Париже, что, видимо, «Католическим Величествам надоело сидеть на троне и они желают разделить участь остальных Бурбонов».

Пришлось смириться и заключать с португальцами новый договор на условиях, продиктованных Францией. Что и говорить—странная это была война и еще более странная победа. И все же Годой после всего этого заказал свой портрет как победителя Португалии, но также как «миротворца».

Условия заказа, конечно, исключали триумфальную композицию конного портрета вроде веласкесовского «Оливареса» или давидовского «Бонапарта на Сен Бернаре».
 

 
Благодарим:
Гойя Франсиско Хосе - о знаменитом испанском живописце
e-mail: info@goia.ru
ArtNow.ru
Облако интересных статей:
ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыГалерея