ГлавнаяБиографияХронологияШедеврыГалереяСтиль и техникаГостеваяМузейНовости
Франсиско де Гойя
(1746 - 1828)
Творчество Франсиско Гойи многообразно и охватывает самые разные жанры. Однако ничто так не поражает воображение зрителя, как мрачные, тревожные, навечно западающие в память «Черные картины», написанные художником на закате жизни.
Главная
Поиск

1 страница

   К концу восемнадцатого столетия почти  повсюду  в  Западной  Европе  со

средневековьем было уже покончено. На Иберийском же  полуострове,  с  трех

сторон замкнутом морем, с четвертой - горами, оно еще продолжало жить.

   Чтобы  изгнать  арабов  с  полуострова,  королевской  власти  и  церкви

пришлось еще в давние времена вступить в неразрывный союз. Чтобы  одержать

победу, королям  и  духовенству  необходимо  было  строжайшим  послушанием

спаять воедино народы Испании. И они это сделали. Они объединили народы  в

ревностной,  исступленной  приверженности  к  престолу  и  алтарю.  И  эта

суровость, это единство сохранились.

   К  концу  восемнадцатого  столетия  испанский  уклад  жизни  застыл   в

трагикомической неподвижности.  Еще  за  двести  лет  до  того  величайший

писатель Испании взял своей темой эту мрачную, нелепую волю  к  сохранению

традиции. Он создал неумирающий образ рыцаря, который не хочет  отказаться

от потерявших всякий  смысл  старых  рыцарских  обычаев;  его  обаятельный

герой, и трогательный, и чудаковатый, прославился на весь мир.

   Испанцы  смеялись  над  Дон-Кихотом,  но  продолжали  крепко  держаться

традиций. Дольше, чем где бы то ни было в Западной Европе,  сохранился  на

полуострове средневековый рыцарский уклад.  Воинская  доблесть,  отчаянное

удальство,  беззаветное  служение  даме,  корни  которого  надо  искать  в

почитании девы Марии, - вот добродетели, оставшиеся идеалом  для  Испании.

Не прекращались упражнения в рыцарском искусстве, давно уже отжившем.

   С такими воинственными вкусами  было  связано  тайное  пренебрежение  к

учености и разуму, а также невероятная гордость,  прославленная  по  всему

свету,  пресловутая  гордость:  гордость  национальная,   присущая   всем,

гордость сословная, присущая каждому. Даже христианство утратило в Испании

свойственные ему смирение и радость, оно приобрело исступленный,  мрачный,

властный характер. Церковь стала высокомерной, воинствующей, жестокой.

   Итак, на исходе восемнадцатого столетия  Испания  все  еще  была  самой

архаичной страной в Европе. Во внешнем виде городов, в одежде, в движениях

жителей,  даже  в  их   лицах   иноземцам   чудилась   какая-то   странная

окаменелость, какой-то отпечаток седой старины.

   А по ту сторону  северных  гор,  отделенная  от  Испании  только  этими

горами, лежала самая светлая, самая разумная страна в мире  -  Франция.  И

через горы вопреки всяким запретам проникали ее радость и  оживление.  Под

застывшей поверхностью  исподволь  совершались  перемены  и  в  обитателях

полуострова.

   В ту пору Испанией владели чужеземные короли,  властители  французского

происхождения - Бурбоны. Правда, испанцы  заставили  их  испанизироваться,

как в свое время Габсбургов. Тем не менее  от  французских  королей  и  их

французских приближенных испанская знать перенимала чужие обычаи, и многим

они полюбились.

   Но в то время как знать  постепенно  менялась,  народ  в  целом  упорно

держался за старину. Рьяно, с горячим усердием взял он на себя те права  и

обязанности, от которых добровольно отказались вельможи. Прежде бой  быков

был самым благородным спортом, привилегией знати: и к самому искусству и к

зрелищу допускалось только дворянство. Теперь, когда гранды  презрели  эту

дикую забаву, народ  предавался  ей  с  особой  страстью.  И  если  гранды

позволяли себе некоторую вольность в обращении, то народ  особенно  строго

соблюдал этикет. Башмачники требовали,  чтобы  к  ним  относились,  как  к

мелкопоместным дворянам, как к идальго,  а  портные  величали  друг  друга

длинными титулами. Дон-Кихот вышел в  отставку,  Дон-Кихот  превратился  в

изящного версальского кавалера;  и  теперь  народ  взял  себе  его  щит  и

дряхлого  боевого  коня.  Санчо  Панса  стал  Дон-Кихотом,  героическим  и

смешным.

   По ту сторону Пиренеев французский народ  обезглавил  своего  короля  и

прогнал господ. Здесь, в Испании, народ обожествлял своих  монархов,  хотя

они были французами по происхождению и царственного в них было очень мало.

Для народа король остался королем, гранд остался грандом; и в то время как

гранды, все более и более приверженные ко всему французскому,  уже  готовы

были заключить союз с  республиканской  Францией,  испанский  народ  рьяно

сражался с безбожными французами и  шел  на  убой  за  короля,  грандов  и

духовенство.

 

   Но, конечно, средь испанцев

   Были те, что сознавали

   Странное противоречье.

   Шел в них спор непримиримый

   Между разумом и чувством,

   Между новым и отжившим, -

   Спор болезненный и страстный,

   Но порой безрезультатный.

 

 
Благодарим:
Гойя Франсиско Хосе - о знаменитом испанском живописце
e-mail: info@goia.ru
ArtNow.ru
Облако интересных статей:
ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыГалерея