ГлавнаяБиографияХронологияШедеврыГалереяСтиль и техникаГостеваяМузейНовости
Франсиско де Гойя
(1746 - 1828)
Творчество Франсиско Гойи многообразно и охватывает самые разные жанры. Однако ничто так не поражает воображение зрителя, как мрачные, тревожные, навечно западающие в память «Черные картины», написанные художником на закате жизни.
Главная
Поиск

страница 17

   За день до того как двор выехал для крестин маленькой инфанты в  Мадрид

Люсьен  Бонапарт  посетил  первого   министра   Уркихо   для   беседы   по

государственным делам. При прощании, посланник между прочим  заметил,  что

завтра  они,  вероятно,  увидятся  в  Мадриде.  Уркихо  ответил,  что  ему

нездоровится и он не поедет вместе с, остальными в Мадрид, на  что  Люсьен

Бонапарт несколько удивленно и насмешливо ответил:

   - Как это неудачно, ваше  превосходительство,  что  именно  завтра  вам

будет не по себе.

   Это-то нездоровье Уркихо  и  послужило  причиной  его  падения.  За  по

следнее время первый министр все чаще и чаще  позволял  себе  презрительно

отзываться о доне Мануэле; отсутствие Уркихо  на  крестинах  инфанты  было

вызовом. Дон Мануэль принял вызов. Он ждал слишком долго; с согласия доньи

Марии-Луизы он решил при первом удобном случае потребовать от дона Карлоса

отставки этого наглеца.

   Случай  скоро   представился.   Папа   Пий   прислал   собственноручное

конфиденциальное послание, в  котором  горько  сетовал  на  лжефилософские

высказывания испанского посла при  папском  престоле.  Кроме  того,  посол

упоминал  о  реформах,  якобы  проектируемых  первым   министром   Уркихо;

реформах,  которые  наносили  большой  ущерб  извечным   правам   папского

престола. Папа закликал католического короля отказаться от этих  реформ  и

не присоединяться к гонителям  теснимой  церкви,  а,  наоборот,  стать  ее

утешителем и защитником.

   Папа поручил нунцию передать это послание в  собственные  руки  короля.

Нунций, осведомленный о  вражде  к  Уркихо  дона  Мануэля,  договорился  с

последним; и тот устроил так,  что  Карлос  принял  нунция  в  присутствии

королевы и самого Мануэля.

   Прелат передал  королю  послание  и  попросил  от  имени  святого  отца

прочесть его тут же. Карлос был потрясен. Реформы,  на  которые  жаловался

папа, должны были, по словам Уркихо, увенчать задуманное им великое дело -

освобождение Испании от власти Рима, - и он, Карлос, подписал  две  недели

тому назад эдикт, который превращал эти реформы в  действующий  закон.  Он

долго колебался, но дону Уркихо удалось захватить его, когда он был  один,

министр с  хитроумным  коварством  представил  ему  все  выгоды  и  мнимую

законность этого эдикта, и Карлос в конце концов сдался. Мало того,  когда

Уркихо предупредил, что ультрамонтаны на этот раз обязательно поднимут вой

и крик, он, король, категорически  обещал  оградить  министра  от  нападок

_фрайлукос_ - попов. Вот теперь и расхлебывай!

   Король смущенно что-то пробормотал в свое  оправдание,  начал  уверять,

что очень чтит святого отца и всей душой ему  сочувствует.  Нунций  обещал

передать эти слова святому отцу, но выразил опасения, что вряд ли они  его

удовлетворят.

   Когда прелат удалился, Мануэль  и  Мария-Луиза  принялись  за  Карлоса.

Хитрец  Уркихо  его-де  обманул,  с  дьявольским  красноречием  выманил  у

доверчивого короля богопротивный эдикт.  От  раскаяния  король  перешел  к

гневу на  Уркихо.  Мануэль  и  Мария-Луиза  воспользовались  его  яростью.

Министра тут же потребовали к ответу.

   Уркихо лежал больной. Ему  пришлось  подняться  с  постели  и,  наскоро

приведя себя в порядок, предстать  перед  королевской  четой  и  Мануэлем,

своим злейшим врагом.

   - Что ты себе позволил! - напустился на  него  король.  -  Меня  вокруг

пальца обвел! Втравил в неприятности со святым отцом и навлек на меня гнев

божий! Еретик!

   - Я докладывал вам, ваше  величество,  все  "за"  и  "против",  как  то

повелевает мне мой долг, - ответил больной министр.  -  Вы  выслушали  мои

доводы, государь, и одобрили их, а затем уже соизволили  подписать  эдикт.

Более того, государь, вы обещали оградить меня от нападок  ультрамонтанов,

которые я предвидел.

   - Какая наглая ложь! - завопил дон Карлос. - Я обещал оградить тебя  от

попов, от фрайлукос, но не от нунция и святого отца. Ты, ты один отвечаешь

за то, что я теперь нахожусь, можно сказать, в состоянии войны с Римом.  А

ты еще хочешь спихнуть на меня  свое  преступление.  -  И  чтобы  не  дать

утихнуть гневу, он завопил: - В Памплону  его!  В  крепость!  -  Только  с

трудом удалось удержать короля, не то он избил бы Уркихо.

   Когда  министр  вышел,  бледный  как  смерть,  но  полный  достоинства,

Мария-Луиза втайне пожалела, что потеряла его. А Карлос, покачав  головой,

сказал:

   - Удивительно. Сегодня утром он был еще мне вполне симпатичен, а сейчас

он преступник и приходится сажать его в тюрьму.

 

   "Сир, не думайте об этом, -

   Успокаивал монарха

   Мануэль. - Не огорчайтесь,

   Сир, а лучше предоставьте

   Все дальнейшее стараньям

   Инквизиции".

 

 

 
Благодарим:
Гойя Франсиско Хосе - о знаменитом испанском живописце
e-mail: info@goia.ru
ArtNow.ru
Облако интересных статей:
ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыГалерея